Проклятие деревни Щемилово

В Подмосковье у семьи с ребенком-инвалидом решением суда отбирают дом. Свой дом, на своей земле, закрепленной свидетельством о собственности. Та же судьба ждет половину деревни, потому что чиновники составили кадастровую карту от фонаря.

Аккуратный маленький домик на окраине деревни Щемилово Ногинского района Московской области. Его хозяин, глава семьи Александр Гершкович рассказывает:

— Этот участок земли мы купили в 2006 году, документы проверяли очень тщательно. И купили, только убедившись в их полной законности. Участок под личное подсобное хозяйство прежняя хозяйка получила от государства в 1992-м, а в начале 2000-х все обмерила и внесла данные в Росреестр первая в поселке. К 2008 году построили дом, оформили свидетельство о собственности, прописались. И зажили спокойно и счастливо.

Чтобы наконец зажить так, этой семье обязательно был нужен дом: 10-летний сын Эмиль тяжело болен — врожденная мышечная дистрофия, из-за которой он может передвигаться только в инвалидном кресле.

— Этот дом спас нас от очень многого, — вступает в разговор мама Эмиля Мария. — До этого мы жили в обычной многоэтажке в условиях, совершенно неприспособленных для ребенка с инвалидностью, где Эмиля постоянно приходилось носить на руках. А здесь, вдалеке от города, мы сразу оказались

независимыми от лестниц, неработающих лифтов, дверей и косых взглядов. И вздохнули спокойнее.

Однако дышать спокойно пришлось недолго.

Бабушка мальчика Эмиля:  «Почему наша деревня называется Щемилово? Потому что тут было место, где «защемляли» — заковывали в кандалы декабристов, когда гнали в Сибирь. Вот они нас, наверное, и прокляли…»

ОЧЕВИДНОЕ — НЕВЕРОЯТНОЕ

— Слухи о том, что с нашей деревней что-то не так, до меня доходили и раньше, — вспоминает Александр. — Говорили, будто у кого-то отобрали землю, кто-то судится. Но я, уверенный в законности всех наших бумаг, думал, что нас-то это не касается. Пока летом 2014 года не увидел из своего окна подъемный кран.

Тут-то Александр и решил вникнуть в проблему глубже…

— В интернете открылся сервис — публичная кадастровая карта. Зашел посмотреть на наш дом — на всякий случай. И обнаружил, что граница участка, на котором строится многоэтажный дом, проходит прямо по моему дому! — до сих пор не может смириться с этой мыслью Александр.

Надо ли говорить, что семья заволновалась. Вызвали кадастрового инженера, чтобы подтвердить расхождение. Тот подтвердил: ошибка налицо, надо ее устранять, обращаться в суд, что вскоре Александр и сделал. И уже 28 августа получил судебное решение. Знаете какое? Снести дом и не забыть убрать за собой… Якобы дом, в котором они живут столько лет, — незаконное строение, возведенное «на чужой земле».

— Ситуация эта сложилась приблизительно в 2003 году, — объясняет Александр. — Когда администрация Ногинского района сформировала и продала три участка по три гектара, просто «забыв», что тут живут люди и часть земли принадлежит им, то есть участки прямо вместе с нами, хозяевами, сначала продали печально известной компании «Социальная инициатива», а потом по цепочке — нынешнему застройщику. Подав встречный иск, он быстро победил меня в суде, несмотря на очевидную ошибку чиновников. Приходила даже полиция и очень удивлялась, что у нас есть все документы и мы много лет здесь прописаны.

МЫ ЗА ЦЕНОЙ НЕ ПОСТОИМ

Куда бежать в такой ситуации? К властям Ногинского района, которые по идее должны нести ответственность за ошибку в кадастре. Семья Гершкович ответ получила:

«В настоящее время администрацией Ногинского муниципального района Московской области предпринимаются все необходимые меры для урегулирования данной ситуации».

Пытался Александр договориться и с хозяином стройки. Добился встречи и выяснил, что тот согласен на мировую и готов предоставить другой участок земли. Правда, в два раза дальше от Москвы и без дома. А где будет жить семья с ребенком-инвалидом, ему не интересно.

…На столе — свидетельство о собственности. За столом — мужчина, который всю жизнь копил на дом, а теперь

ему велят его снести. За окном — подъемный кран. А на полу — неходящий мальчик читает книгу собачке. Когда я подхожу, чтобы его сфотографировать, он спрашивает:

— А если бы мы были миллионеры, у нас бы дом не забрали?

Эмиль еще может задавать вопросы, а вот ветеран Великой Отечественной войны Михаил Васильевич Щербаков из той же деревни Щемилово уже никому никогда их не задаст.

— Дедушка получил этот участок в 1992 году, — рассказывает внучка ветерана Елена Бухоловкина. — Проблему обнаружил, когда в 2003-м пошел оформлять свою землю по новым правилам. Вот тут и выяснилось, что она продана.

Последние 12 лет жизни он был вынужден опять воевать — не с фашистами за Россию, а с бюрократами за свой клочок земли. И бюрократы победили.

— Телевидение, газеты, бесконечные суды… Деда очень выматывало все это, — вспоминает внучка. — Вставал по ночам, смотрел в окно на стройку и все бормотал: «Да как же это может быть? Ведь это нам дали! У нас и документы есть!» Однажды встал, увидел подъемный кран — схватился за сердце и упал. Теперь мы продолжаем дедушкино дело — судимся дальше…

Такие истории в Щемилове — через дом. От кадастровой ошибки, вольной или невольной,

совершенной в далеком 2003 году, страдает половина поселка. Точнее, дома с четной стороны.

— Когда в 1992-м людям тут давали землю, ее на самом деле не дарили с государственного плеча, а возвращали тем, у кого ранее отобрали в 50-х годах, — объясняет еще один пострадавший щемиловец Сергей Уколов. — Но поскольку за это время успело кое-что измениться — за четной стороной домов проложили дорогу, линию канализации и азотопровод, то нечетным землю вернули, а четным дали участки в стороне за счет земель бывшего совхоза «Ногинский». Так и получилось, что нечетная сторона домов не пострадала, а четная — вся оказалась изрезана кадастровыми линиями. Вот так нас частями и продали: у кого кусок участка отхватили, у кого — половину, а у кого — целиком.

Сам Сергей Федорович судится за свой участок уже 12 лет и даже увлекся процессом. О судах и письмах в разные инстанции он рассказывает с азартом. Тем более что последний суд ему даже удалось выиграть.

— Все это время мне говорили: «Да, у вас есть собственность. Да, у вас есть земля. Но где она находится, мы не знаем». А на последнем слушании — упс! — вдруг нашли точки моего участка. И — да! — под вот этим строящимся домом. И что же они говорят теперь? «Ваш участок несоизмеримо мал по сравнению с участком застройщика, поэтому мы изъять его из собственности застройщика не можем». Как это вам?

Марина Алексеева,

 

http://www.onlinegazeta.info/mir_novostey_gazeta_world_of_news_online.htm

3 комментария